by Katya Lavrovskaya
6 марта 2012

Тевтонский рыцарь в царстве французского кутюра

Тильман Грав приглашает меня встретится с ним в холле отеля Парк Хаятт (Park Hayatt)  прямо под картиной, где он и еще двое французов смотрят на посетителей с чувством легкого превосходства, ведь они «Парижане»! Les Parisiens, таково название картины, похоже стало визитной карточкой самого нефранцузского Парижанина.

Высокий, холодный, с прищуренными глазами за стеклами футуристических краеугольных очков, Тильман больше похож на пришельца из внеземной цивилизации, нежели на француза. 

Дело в том, что Тильман Грав, немец по происхождению и воспитанию, уже много лет живет и работает в Париже, обожает творения Haute Couture и чувствует здесь себя как дома. Поэтому он - Парижанин!

 

Однако мне хочется знать, как Тильман оказался на картине, и что чувствует человек, которого таким образом внесли в историческую действительность

 

ТГ: О моем восхождении на Олимп славы можно долго рассказывать .  Кристиан Дюран (Christian Durant), автор полотна и моя большая подруга - художница из Парижского ателье Darthea Speyer, которому поручили расписать весь отель Парк Хайят! Кристиан попросила меня побыть ее моделью. Это, конечно, не совсем мое амплуа, но ради эксперимента согласился. Одел старый папин жилет, которому больше лет, чем мне, и вот я здесь. Теперь прихожу в Парк Хаят на любое мероприятие минуя все приглашения! Мой фэйс контроль, так сказать, висит на стене!

 

Я: Мне кажется, история тебя запомнит не только благодаря этому портрету. Расскажи о своем сотрудничестве с Пако Рабаном. Как это было и какое имеет значение лично для тебя?

 

ТГ: То, что для меня действительно имеет значение - это личное творчество, постоянный процесс самосовершенствования, поиск своего творческого пути. Все остальное – это просто жизненный эпизод.

 

Не смотря на очевидное нежелание Тильмана распространяться на эту тему, замечу между скобок, что металлические конструкции от  Paco Rabanne, и есть то самое know how, которым наш скромный герой прославил его Модный Дом.

 

Я: Семь лет с Пако Рабаном – не такой уж и маленький это эпизод

 

ТГ: Ну хорошо, назовем его циклом! Это был позитивный и творческий цикл, возможность творить без ограничений в рамках Высокой Моды.  Но Haute Couture от Пако Рабана пришел к своему логическому завершению, и вместе с ним закончилось и мое сотрудничество с этим домом Моды. Потом они стали переходить к прет-а порте, но ко мне это уже не имело никакого отношения. В 2000 году я уже создал собственное ателье, и отдался своей главной страсти – работе с металлом и плексигласом! А потом, в процессе того самого творчества, о котором я уже тебе говорил, во мне стала просыпаться любовь и к благородным материалам: Лионскому шелку, кружеву из Кале. Все эти ткани хотелось держать в руках, чувствовать их нежное прикосновение. Так родилась моя линия прет-а-порте, которая очень понравилась группе L’Oreal .  Представь себе, косметическая фирма вложила деньги в линию одежды. И при этом я совершенно не производил футболки для масс маркета. Мое  прет-а-порте имело прямое отношение к кутюрной линии.

 

Я: А как ты относишься к Леди Гага, которая не раз примеряла на себя эти замечательные металлические шапочки, как они, кстати, называются?

 

ТГ: LES COIFFE ( Я: куафюры, иными словами)! Моя первая куафюра назвалась АЭЛИТА – королева Марсиан. Как самый первый Советский научно-фантастический фильм. Ее то как раз Леди Гага и одела для той фотографии, которую ты смотришь.

 

Я: Хотел бы ты, чтобы Леди Гага стала твоей музой?

 

ТГ:  Ты понимаешь, времена Живанши и Одри Хепберн, и их замечательного стилистического союза все таки прошли. Леди Гага при всей ее эксцентричности и оригинальности не совсем попадает под определение музы. Она более сложный персонаж, сама определяющая свой стиль и совершенно неожиданно диктующая его другим. Представляешь, это фото в моей куафюре появилось сперва в специализированном музыкальном журнале, который читает достаточно современная , молодая публика, а потом в Le Monde, (Я: это французский вариант газеты Известия), который берет в руки уже совсем другой, я бы даже сказал, консервативный контингент . Таким образом создается эффект проникновения Леди Гага в широкие массы. Но разумеется как личность, она мне интересна! И потом мне нравятся эксцентричные, яркие люди. Прекрасно, когда в комнату, где все в черном, входит человек весь в желтом. Я думаю,  что это красиво. Только что мимо меня прошла Кэти Пери с голубыми волосами. Я нашел ее неотразимой в этом цвете!

 

Я: В России тоже все в черном, а ты вдруг в своей шапочке с антеннами?

 

ТГ:  Ничего подобного! При всей серьезности подхода к моде в Петербурге, я понял, что нахожусь среди задорных, очень креативных, абсолютно не тривиальных  людей. Мне очень понравилось, и меня замечательно принимали.

 

Я: Согласен ли ты с высказыванием Карла Лагерфельда, что в России все до одной женщины прекрасны, а мужчины ужасны тоже все как один?

 

ТГ: Нет не согласен, вернее, согласен наполовину. Я не нахожу что в России мужчины  ужасны, они просто более сдержаны или  в противовес, например итальянцам менее изысканны, что вовсе не стоит воспринимать со знаком минус. Просто если итальянец проедет 1000 км чтобы найти эксклюзивные ботинки определенной формы,  то русский, скорее всего не будет тратить время на такую ерунду. Ну вот как то так.

 

Я: Ну а девушки?

 

ТГ: Мне приходилось проводить кастинг среди моделей для своего шоу в Петербурге. Я растерялся – как можно выбирать самую красивую, когда прекрасны все? Другое дело, что многие девушки – модели в детстве занимались балетом. И вот в этом я нашел нечто поразительное , такое не встретишь больше нигде:  они сочетали в себе грацию балерины и  невероятную выдержку солдата, которой, совершенно очевидно, учат в русских балетных школах!

 

Я: Расскажи мне тогда, как должна выглядеть идеальная женщина? Каков маленький секрет ее большого успеха?

 

ТГ: Возможно я рискую прослыть фетишистом, но лично мне нравятся высокие каблуки. В моем понимании, они придают чувственности женскому образу. Идеальная высота каблука должна быть около 10/12 см. Не выше. Одевая такую высокую обувь, женщина преображается. Осанка становится более грациозной , выпрямляется спина, походка приобретает плавность, она слегка покачивает бедрами в такт своему шагу. Я нахожу это невероятно чувственным!

 

Я:  Это очень похоже на урок Ахеджаковой в «Служебном романе»!

 

ТГ: Не знаю, не смотрел, но уверен, что именно каблуки делают женщину неотразимой! Поэтому я был в полном восторге от Русских женщин, которые даже зимой, в снег ли, в слякоть могут красиво и гордо ходить в обуви на высоком каблуке! Невероятно сексуально!

 

Про то, что самое идеальное место на земле это город Париж я уже поняла, и мне осталось только задать банальный вопрос, над чем, собственно вы сейчас работаете. Но тут Тильман стал совершенно загадочен, попросил меня выключить диктофон и поделился топ секретом, который не могу пока никому рассказывать! Просто скажу, что очень скоро нас ждут новые сюрпризы, и не только в области прет-а-порте, от непредсказуемого и очень талантливого Парижанина, Тильмана Грава!

































Photo : Stéphane Grangier
488
0

Отправить комментарий

Вы можете зайти через социальные сети:
Имя:
*Комментарий:
*Текст на картинке:
Пожалуйста, заполните все поля!